Противники введения ювенальной юстиции в России провели 5 октября пресс-конференцию в РИА Новости. В качестве информационного повода ими был выбран вовсе не инцидент со сбежавшей воспитанницей Боголюбовского монастыря, как предполагали журналисты, а судебный процесс, который подробно освещала на своих страницах газета «Радонеж».
Речь идет об удавшейся попытке влиятельного и состоятельного человека, экс-министра РФ, ныне члена совета директоров «Газпрома» Фарита Газизуллина изъять из семьи Матвеевых (мать, отчим и еще четверо детей) своего 14-летнего внука Тимура и отправить его на обучение за границу. Как рассказали сами Матвеевы на пресс-конференции, а также юристы и представители «Радонежа», Тимур под давлением деда оговорил отчима, обвинив его в истязаниях. В результате Дмитрий Матвеев отсидел более 2 месяцев в КПЗ, а уголовное дело продолжается.

На первый взгляд, данное дело более вписывается в печальную череду громких судебных споров о дележе детей (Орбакайте-Байсаров и т.д.), а также является очевидной иллюстрацией коррупционной системы российского правосудия. Однако участники пресс-конференции убеждены, что данный процесс возник на фоне «истерики в СМИ, посвященной насилию в семье» и, соответственно, настраивающей общественное мнение в пользу введения ювенальной юстиции. Об этом говорила известный адвокат, член правления Некоммерческого партнерства в защиту семьи, детства, личности и охраны здоровья «Родительский комитет» Лариса Павлова.
Она, а также автор публикаций о деле Матвеевых в «Радонеже» Ольга Колосовская, директор Института демографической безопасности Ирина Медведева, председатель Общества «Радонеж» Евгений Никифоров, уверены, что настоящая цель ювенальной юстиции – это разрушение традиционной семьи, «репрессивная политика в отношении родителей» (Л. Павлова), «взращивание… неких подростков-клонов, разваливающих семьи изнутри» (О. Колосовская). Стоит добавить, что пресс-конференция состоялась в преддверии парламентских слушаний по вопросам семьи, которые должны состояться в Госдуме 12 октября.

Пресс-конференция началась с выступления по телефону председателя Синодального отдела по взаимодействию с вооруженными силами и правоохранительными органами Московского патриархата, протоиерея Димитрия Смирнова. Он – один из тех священников, которые представили в суде личное поручительство о «порядочном отцовстве» Дмитрия Матвеева. Говоря об угрозе введения ювенальной юстиции, священник выразил опасение, что институт семьи, которая «и так испытывает кризис», может оказаться под давлением еще одной чиновничьей структуры, которая «ориентирована исключительно на получение денег в свой карман». «Только богатые отцы в состоянии будут отнять детей у матерей», - сказал о. Димитрий, добавляя, что ему уже известны случаи, когда судья «отбирает детей у семьи», а также негативные зарубежные примеры подобного рода.

Евгений Никифоров, со своей стороны, добавил, что в Европе, где не первый год действует ювенальная юстиция, «ежегодно тысячи и десятки тысяч детей отторгаются от семей».

Адвокат Лариса Павлова уверена, что развернувшаяся в последнее время в СМИ кампания в защиту прав ребенка, «вдруг всплывшие из небытия случаи насилия в семье», оглашенные уполномоченным по правам ребенка в РФ А. Голованем «дикие цифры» случаев такого насилия – не что иное, как информационная подготовка к принятию закона о ювенальной юстиции. Юрист, с одной стороны, отметила, что в существующем российском законодательстве достаточно норм, регулирующих защиту прав несовершеннолетних, особенно если не забывать, что Россия ратифицировала ряд международных документов по этому вопросу («Конвенция о правах ребенка» и др.). С другой стороны, она подчеркнула, что судебная практика расследования подобных дел невелика, одни и те же нормы «очень по-разному трактуются судами», а в целом – «наше законодательство репрессивно по отношению к семье, особенно – к родителям», сделала вывод Л. Павлова.

Комментируя для портала Благовест эти утверждения, она отметила, что вся проблема заключается в отсутствии в России цельной государственной семейной концепции, а также разработанной методической базы для судов, решающих проблемы несовершеннолетних. Адвокат подчеркнула, что ювенальные суды, если они будут введены, будут «ориентированы только на права ребенка, там родители вообще исключены, у них нет прав». Что касается западного опыта, то там «положительных примеров вообще нет». В России же, в Ростовской области, которая является пилотным регионом, где проходит апробацию ювенальная юстиция, в два раза увеличилось число семей, из которых изъяли детей, рассказала адвокат.

Председатель комитета «За гражданские права» Андрей Бабушкин выступал на пресс-конференции в качестве оппонента большинства ее участников. Так, он заявил, что дело Матвеевых-Газизуллина не является показательным для демонстрации угрожающих последствий ювенальной юстиции. Наоборот, по мнению правозащитника, в данном случае ювенальная юстиция «не сработала»: если бы дело Матвеевых рассматривал специально подготовленный судья-ювеналист, «он бы раскусил вопиющее вранье подростка». А. Бабушкин разделяет опасения, что введение ювенальной юстиции в российском варианте может стать репрессивным инструментом. Однако он отметил, что государство, в лице судебной системы, должно не только жестко требовать с родителей исполнения их обязанностей, но и само, в первую очередь, выполнять свои обязанности перед семьей. В частности, более эффективно должны заботиться о защите прав ребенка существующие органы опеки и попечительства.

Ирина Медведева не согласилась с позицией А. Бабушкина. По ее словам, европейская практика ювенальной юстиции «ужасающая». Так, по ее данным, только во Франции с 2000 г. около 2 млн. детей отнято у родителей, причем половина из них – незаконно. Выступавшая подчеркнула, что дети изымаются «именно у хороших, благочестивых семей». «Это реальность в аду: ребенка лишают главного права – права на мать, путем очевидных психологических манипуляций», - сказала И. Медведева. Она говорила также о том, что ювенальная юстиция разрушает пятую библейскую заповедь – о почитании родителей, а также является «антидемографической мерой».

И. Медведева, а также Л. Павлова отметили, что в современной российской судебной системе уже существуют специально подготовленные юристы для работы с несовершеннолетними.