Картинка
/ Фото: пресс-служба администрации г.о. Подольск

Историю фабрики «Подольчанка» рассказали в библиотеке № 2 Подольска

Встреча с рассказом об истории «Подольчанки» прошла в библиотеке № 2 Подольска

/Главная /Общество
Автор текста:
Андрей Зубанов
/Главная /Общество
Автор текста:
Андрей Зубанов

6 октября заведующая библиотекой № 2 Анастасия Голубева провела познавательно-конфетную программу «Подольчанка — сладкий бренд Подольска!» в рамках праздничной культурной программы ко Дню города.

Историю кондитерского дела в Подольске начали с артели «Химпищепродукт», которая работала в деревне Ново-Сырово с 1929 года. В годы Великой Отечественной войны предприятие перепрофилировалось в заготовительный комбинат — здесь выпускали сахарин, декстрин, кисели и некоторые виды кондитерских изделий, а также заготавливали продукты для фронта, госпиталей и детских домов.

После реконструкции в 1963 году появилась Подольская фабрика кондитерских изделий, а в 1972 году — знаменитая конфета «Подольчанка». Гостям рассказали историю ее создания, связанную с «холодной помадой», и показали, как менялся дизайн обертки. В 1992 году фабрика получила имя сладкого бренда.

От истории конфеты перешли к русской чайной традиции. В библиотеке работает чайная комната «Терем-Чай», многие экспонаты для которой подарили читатели.


«Самыми яркими и долгосрочными традициями русского чаепития, которые дошли до нас, стали купеческие. В классической литературе купцы часто выступали в роли отрицательных героев. На самом деле это было не так. Именно купечество способствовало развитию и процветанию России», — заявила Голубева.

Купеческое чаепитие отличалось особым размахом — за самоваром проводили много времени, к столу подавали сладости, выпечку и другие угощения. На встрече вспомнили и необычные факты. Федор Достоевский был большим любителем чая и, по воспоминаниям его жены, мог выпивать до восьми самоваров в день. Существовали и маленькие самовары на одну чашку — их называли «эгоистами». О слишком слабом чае говорили — «Чай такой, что Москву видать», если сквозь напиток можно было разглядеть рисунок или надпись на дне чашки.