На фоне оттепели участились случаи травм от падения льда и снега с крыш. Врач-хирург, профессор, доктор медицинских наук Юрий Фокин рассказал REGIONS, почему такие травмы опасны не только в момент удара и в каких ситуациях медпомощь нужна немедленно.
Самые частые травмы: голова, позвоночник и «второй удар»
По словам специалиста, падение снега или замерзшего льда с крыши представляет серьезную угрозу для здоровья из‑за высокой кинетической энергии: масса льда и высота падения превращают удар в высокоэнергетическую травму.
«Чаще всего удар приходится на голову человека, который идет в расслабленном состоянии и не ждет опасности. Это может приводить к закрытой или открытой черепно‑мозговой травме. Часто страдает и позвоночник: человек инстинктивно сгибается, теряет равновесие, падает и получает вторичный удар — уже спиной о землю. Так формируются сочетанные повреждения головы и позвонков», — пояснил Фокин.
Какие симптомы — повод немедленно к врачу
Особую опасность представляют ситуации, когда внешних повреждений почти нет, подчеркнул врач.
«Если после удара по голове нет сильного кровотечения, человек часто считает, что "отделался легко" и идет домой. Но настораживать должны другие признаки: выделения из носа или ушей — прозрачные или с примесью крови. Это может говорить о переломе основания черепа и тяжелой черепно‑мозговой травме. В такой ситуации нужна срочная диагностика, в том числе КТ черепа», — сказал Фокин.
Опасным признаком он назвал и ухудшение самочувствия через несколько часов или дней после падения.
«Если сначала человек чувствует себя относительно нормально, а потом появляются слабость, учащенный пульс, головокружение, ощущение "разбитости", это может указывать на внутреннее кровотечение в грудной или брюшной полости. Такое состояние нельзя списывать на стресс, нужно обращаться за помощью», — отметил эксперт.
Отдельно хирург обратил внимание на риск травмы селезенки, о которой пострадавшие почти никогда не думают.
«Опасность в том, что сначала бывает ушиб и подкапсульное кровоизлияние — кровь накапливается под капсулой селезенки. Через два–три дня капсула может разорваться, возникает картина "острого живота" и массивное внутреннее кровотечение. Если вовремя не оказать помощь, человек может очень быстро погибнуть», — отметил специалист.
По его словам, при любом сильном падении после удара льдом или снегом, особенно если появляются немотивированные слабость, недомогание, головокружение, важно исключить такую травму. Ключевое исследование здесь — УЗИ брюшной полости с прицельной оценкой селезенки, подчеркнул хирург.
Травмы позвоночника: боль может притупиться, а последствия — нет
Еще одна группа опасных последствий — компрессионные переломы позвонков.
«Сначала бывает острая боль в спине, потом она может притупляться, и человек решает "перетерпеть". Но появление онемения в руках или ногах, ощущения ползания мурашек, снижение силы в конечностях — это тревожные сигналы. Они могут говорить о повреждении позвоночника и спинного мозга. В таких случаях необходимо МРТ позвоночника, потому что без лечения последствия доходят вплоть до паралича», — предупредил Фокин.
/ Фото: REGIONS/Роман Малышенко
Что должны сделать врачи при обращении
Профессор назвал два основных направления диагностики после подобных травм:
КТ головы — для исключения переломов костей черепа и внутричерепных гематом;
УЗИ брюшной полости с акцентом на селезенку — для выявления подкапсульных кровоизлияний и скрытых повреждений.
«Главное — не недооценивать травму, даже если внешне все выглядит несерьезно. Три ключевые зоны риска после падения льда — это голова, позвоночник и закрытая травма селезенки. Их нужно целенаправленно исключать», — резюмировал врач.
Ранее REGIONS писал о том, кто ответит за упавший с крыши снег.
В российских зоопарках начался дефицит самых крупных грызунов планеты — капибар. Это произошло из-за ажиотажа вокруг капибар. Ранее эти животные не относились к редкому виду и не были так востребованы, поэтому их почти не разводили. REGIONS узнал у ветеринарного врача Геннадия Злобина, какие капибары попадают в российские зоопарки.
Как рассказал эксперт, российские зоопарки привозят ручных капибар.
«Стараются приобрести животных домашнего разведения, которые изначально жили в неволе. Они контактные и не агрессивные. Дикие капибары не годятся для зоопарков», — сказал он.
Специалист объяснил, что капибары в дикой природе живут в тропических районах Латинской Америки рядом с водоемами.
Ранее REGIONS писал, где можно посмотреть, покормить и погладить капибару в Подмосковье.
/ Фото: REGIONS/Сгенерировано нейросетью
Хотела помочь, а получила проклятия: жительница Подмосковья пострадала после раздачи вещей
Жительница Подмосковья пострадала после раздачи старых вещей
Когда в доме наступает время большой уборки и шкафы освобождаются от накопившегося добра, перед каждым встает один и тот же вопрос. Выбросить жалко. Оставить себе — бессмысленно. Продать — слишком хлопотно. А отдать хочется так, чтобы и вещи обрели вторую жизнь, и собственные нервы остались в порядке. Вариантов немного: доска объявлений, специализированные контейнеры или проверенный метод с пакетом у забора. Какой из них лучше? Об этом рассказывает REGIONS жительница Московской области Ксения Свиридова.
«Я перепробовала все три способа. У каждого есть свои плюсы, но минусы я теперь знаю наизусть. И если раньше мне казалось, что благотворительность — это обязательно личное общение, то сейчас я так не считаю», — делится Ксения Свиридова.
/ Фото: REGIONS/Наталья Надточая
Способ первый. Интернет-сервис для размещения объявлений и пометка «Отдам даром»
На первый взгляд, идеальный вариант. Вещь попадает напрямую в руки тому, кому она действительно нужна. Можно заранее посмотреть профиль, почитать отзывы, договориться об удобном времени. Никаких посредников, никаких сомнений — вот твоя старая куртка, носи на здоровье.
На практике все оказалось сложнее.
Ксения столкнулась с классическими проблемами бесплатной доски объявлений.
Первая — опоздания и отмена встреч без предупреждения.
Вторая — психологическое давление. Когда вещь отдают бесплатно, некоторые получатели считают себя вправе диктовать условия, требовать доставку, возмущаться, если их не ждали сутки.
Третья — личные границы. Чтобы передать пакет, приходится либо давать незнакомцу свой адрес, либо тащить тяжести другому человеку и ждать под дверью неизвестно кого.
«Был случай, когда женщина, не дожидаясь приглашения, перешагнула порог моей прихожей рукой и начала трогать вещи на вешалке. Она проверяла, не отдаю ли я еще что-нибудь бесплатно. Мне стало физически не по себе», — вспоминает Ксения.
/ Фото: REGIONS/Наталья Надточая
Способ второй. Специальный контейнер для сбора вещей
Эти синие или зеленые баки сегодня стоят во многих торговых центрах и иногда во дворах. Плюсы очевидны: никакого личного контакта, никаких звонков и сообщений. Пришел, бросил, ушел. Вещи отправляются на переработку или нуждающимся через благотворительные фонды.
Но Ксения обнаружила и недостатки.
Во-первых, контейнеры есть не везде. Иногда ради одного пакета приходится ехать через полгорода, тратить время и бензин.
Во-вторых, не все вещи туда принимают. Обувь на каблуке, например, берут далеко не везде.
В-третьих, нет полной уверенности, что пакет доедет до адресата. В сети ходят истории о том, что содержимое таких контейнеров иногда оказывается на стихийных рынках.
«Я видела своими глазами, как мужчина подошел к такому баку, открыл его, достал несколько пакетов, перебрал содержимое, половину выбросил на землю, а остальное забрал. Куда он это увез — неизвестно. С тех пор я задумалась», — признается Ксения Свиридова.
Способ третий. Пакет у мусорных баков
Самый неочевидный и самый спорный метод. Ксения признается: раньше она смотрела на такие пакеты с недоумением. Казалось, что это просто замаскированный мусор. Пока однажды не попробовала сама.
Технология простая: крепкий пакет, аккуратно завязанный, вешается на поручень или ставится рядом с контейнерной площадкой. Иногда сверху кладется записка «Вещи в хорошем состоянии, забирайте». Через час пакета нет.
«Сначала я стеснялась. Думала, соседи подумают, что я выношу хлам. А потом поняла: плевать. Пакет забирают всегда. Иногда через полчаса, иногда к вечеру. Я не знаю, кто эти люди и куда они это уносят. Но я точно знаю, что мои вещи не пылятся у меня в шкафу и не достаются хамам, которые считают себя вправе меня оскорблять», — объясняет Ксения.
Минусы у метода тоже есть. Во-первых, это все-таки территория мусорных баков, и визуально такие пакеты часто воспринимаются как отходы. Во-вторых, в дождь или снег вещи могут испортиться до того, как их найдут. В-третьих, формально это не санкционированный способ передачи вещей, и некоторые управляющие компании могут быть против.
Что в итоге?
Ксения составила для себя четкую таблицу приоритетов.
Дорогие вещи в отличном состоянии, которые могут принести деньги, она по-прежнему выставляет на интернет-сервисах — но уже не бесплатно. Символическая цена в 100–200 рублей отсекает случайных людей и тех, кто не умеет ценить чужой труд и время.
Одежду и обувь, которую можно передать через фонды, она отвозит в проверенные контейнеры — но только по пути, без специальных поездок через весь город.
А все остальное — то, что жалко выбросить и не хочется продавать, — отправляется в пакет у забора.
«Я перестала чувствовать вину за то, что не отдаю вещи лично в руки. Моя задача — чтобы они не лежали мертвым грузом. А уж кто их заберет и что с ними сделает дальше — это не моя зона ответственности. Я отдаю миру добро, а мир сам решает, как им распорядиться», — резюмирует Ксения Свиридова.
Идеального способа не существует. У каждого варианта есть свои жертвы: либо время, либо нервы, либо деньги. Но теперь Ксения знает точно: жертвовать нервами она больше не готова. Даже ради благого дела.
Всего несколько десятилетий назад меховая шапка была неотъемлемым атрибутом зимнего гардероба и символом статуса. Сегодня на улицах городов их можно увидеть гораздо реже. Что изменилось: климат, мода или само отношение к вещам? Анализ причин этого перехода дает REGIONS эксперт моды Инга Старовойтова.
«Меховая шапка перестала быть безусловной необходимостью. На смену пришли комфорт, практичность и новые этические нормы, которые переписали правила зимней моды», — рассказывает Инга Старовойтова.
Эпоха меха: когда шапка была необходимостью
В прошлом городская зима ощущалась иначе. Холодные остановки транспорта, длинные пешие прогулки, плохо отапливаемые помещения и менее совершенная верхняя одежда делали мех лучшим решением для тепла.
Меховая шапка была настоящей инвестицией: качественное изделие служило долгие годы, его можно было перешить или передать по наследству. Для мужчин классикой были ушанки и «пирожки», для женщин — изящные модели из ондатры или лисы, часто составлявшие ансамбль с шубой или пальто на меху.
«Мех выполнял не только утилитарную, но и социальную функцию. Он визуально демонстрировал достаток и серьезное отношение к зимнему сезону», — отмечает Инга Старовойтова.
/ Фото: REGIONS/Сгенерировано нейросетью
Почему популярность пошла на спад: ключевые причины
Специалист выделяет несколько объективных факторов, которые привели к изменению предпочтений.
1. Более мягкий и комфортный городской быт Люди стали меньше времени проводить на открытом морозе. Короткие переходы от дома до машины или метро, повсеместное распространение автомобилей и теплых торговых центров снизили потребность в максимально теплом головном уборе.
2. Технологии в одежде На смену тяжелым драповым пальто и ватникам пришли легкие, но чрезвычайно теплые пуховики и парки с объемными капюшонами, которые защищают и голову, и шею. Развитие технологичных материалов (мембран, синтетических утеплителей) предложило альтернативу, не уступающую по теплу, но превосходящую по удобству ухода.
3. Вопросы этики и экологии Отношение к натуральному меху в обществе изменилось. Для многих ношение меха стало связано с этическим дилеммами и экологическими вопросами. Это привело к росту популярности качественного искусственного меха и других материалов.
4. Практичность и простота ухода Современный ритм жизни требует простых решений. Вязаную или флисовую шапку можно легко постирать в машинке. Меховое изделие требует специальной чистки, бережного хранения и защиты от моли, что стало для многих обременительным.
5. Смена модных тенденций Современная мода тяготеет к спортивному стилю, минимализму и унисекс-формам. Объемная меховая шапка зачастую выглядит слишком формально, тяжело и выбивается из общего образа, построенного на легкости и функциональности.
«Стиль стал более демократичным и динамичным. Меховая шапка — это статичный, основательный аксессуар, который плохо сочетается с нынешней любовью к слоям, кроссовкам и ощущению легкости даже зимой», — поясняет эксперт.
Где меховые шапки остались актуальны
Несмотря на общий тренд, мех не исчез полностью. Он сохранил свои позиции в нескольких нишах:
В регионах с суровыми, длинными зимами, где практичность и тепло важнее модных веяний.
В рамках винтажной и ретроэстетики, как сознательный стилистический выбор.
В традиционных образах (например, папаха как часть национального костюма).
В люксовом сегменте, где мех остается символом статуса и ремесленного искусства.
Меховая шапка перестала быть универсальным предметом первой необходимости, уступив место разнообразию выбора. Сегодня решение о ее ношении базируется на личных предпочтениях, образе жизни и ценностях, а не на безальтернативной норме.
«Мы не отказались от меха совсем, мы получили свободу выбора. Теперь можно носить и высокотехнологичную мембранную шапку, и стильную норковую, и вязаную — в зависимости от погоды, настроения и убеждений. И в этом — главное изменение», — резюмирует Инга Старовойтова.
Зависимость от алкоголя меняет не только поведение, но и образ мыслей, что находит прямое отражение в речи. Близкие люди часто первыми замечают эти изменения, но не всегда могут их правильно интерпретировать. Какие словесные маркеры должны насторожить рассказывает REGIONS нарколог Сергей Шувалов.
«Речь человека с формирующейся алкогольной зависимостью постепенно перестраивается вокруг оправдания своей привычки. Он начинает использовать определенные речевые конструкции, чтобы снять с себя ответственность», — поясняет Сергей Шувалов.
1. «Я могу остановиться в любой момент / Я контролирую»
Это классическая фраза отрицания проблемы. Человек пытается убедить в первую очередь самого себя, что его употребление алкоголя — это осознанный выбор, а не навязчивая потребность. Он искренне верит, что в состоянии бросить, но при этом постоянно откладывает проверку этой способности «на потом».
Такие заявления часто звучат в ответ на обеспокоенность родных. Они служат психологической защитой, позволяющей избежать неприятного разговора о реальном положении дел и отложить решение проблемы.
2. «Я пью, потому что устал / из-за стресса / чтобы расслабиться»
Здесь алкоголь позиционируется не как цель, а как «лекарство» или инструмент для решения проблем. Формируется устойчивая причинно-следственная связь: любая трудность (рабочий аврал, ссора, плохое настроение) становится оправданным поводом для выпивки.
«Опасность в том, что это выглядит логично в глазах самого человека и части его окружения. Но на деле это способ избежать здоровых стратегий совладания со стрессом. Алкоголь становится единственным и универсальным „решением“», — комментирует нарколог.
3. «Все так делают / Это нормально / Я пью не больше других»
Сравнение себя с абстрактным «обществом» или конкретными знакомыми — способ обесценить тревожные сигналы. Человек ищет внешнее подтверждение, что его поведение укладывается в рамки нормы, даже если его личная норма объективно превышена.
Эта фраза направлена на то, чтобы перевести разговор из плоскости «у тебя проблема» в плоскость «все так живут, и ты ко мне придираешься». Таким образом снимается уникальность проблемы и необходимость ее индивидуального решения.
4. «Это мое дело / Отстань / Не читай мне нотации»
Агрессивная или резко оборонительная реакция на вопросы о выпивке — яркий признак. Человек пытается установить жесткие границы, запретная тема — его употребление алкоголя. Любое касание этой темы воспринимается как вторжение в личное пространство и вызывает раздражение.
Это сигнал о том, что тема стала болезненной и человек подсознательно понимает, что защищает не просто привычку, а что-то более серьезное. Конструктивный диалог блокируется на корню.
5. «Я сегодня не пью» (с гордостью или как нечто из ряда вон выходящее)
Парадоксально, но эта, казалось бы, позитивная фраза тоже может быть тревожным звоночком. Дело в интонации и контексте. Когда воздержание в течение одного дня подается как личный подвиг, это говорит о том, что алкоголь уже занимает центральное место в системе ценностей. Нормальным состоянием становится употребление, а трезвость — особым, труднодостижимым событием.
/ Фото: REGIONS/Роман Малышенко
«Когда человек с гордостью сообщает, что провел день без алкоголя, стоит задуматься. Для здорового человека в этом нет ничего экстраординарного. Для зависимого — это победа, дающая моральное право „наградить“ себя позже», — резюмирует Сергей Шувалов.
Важно понимать, что одна фраза, сказанная в сердцах, — не диагноз. Но если эти речевые конструкции звучат регулярно, выстраиваются в систему и сопровождаются изменениями в поведении — это серьезный повод обратить внимание и, возможно, мягко предложить помощь специалиста.
Знакомая ситуация: вы наконец-то в отпуске, вокруг море или горы, никаких дедлайнов и звонков от начальника. Но вместо того чтобы наслаждаться жизнью, вы чувствуете разбитость, ловите себя на прокручивании рабочих мыслей, а к концу первой недели еще и заболеваете. Знакомо? Ученые давно изучают этот феномен и пришли к неожиданным выводам. Оказывается, наша способность отдыхать напрямую зависит от того, как сильно мы устали. И зависимость эта обратная. Об этом рассказывает REGIONS, врач-терапевт из Домодедова Александра Куденко.
«Мы привыкли думать: чем больше устал, тем слаще будет отдых. Но мозг устроен сложнее. Он не выключается по щелчку, особенно если вы загнали себя в хронический стресс. В результате вместо восстановления мы получаем досуговую болезнь и чувство, что отпуск прошел зря», — поясняет Александра Куденко.
Исследование первое: усталость блокирует отдых
Ученые Университета Мангейма провели масштабное исследование и выявили парадоксальную закономерность: чем сильнее человек устает от работы, тем хуже ему удается отдыхать. Мозг не отстраняется от рабочих задач, качество сна ухудшается, а физическая активность в свободное время падает.
Главный виновник этого явления — руминация. Так психологи называют навязчивое пережевывание мыслей о работе, прокручивание одних и тех же ситуаций, тревогу о будущих задачах. Этот мыслительный процесс блокирует расслабление даже в те моменты, когда человек физически находится далеко от офиса.
/ Фото: REGIONS/Наталья Надточая
«Мозг трудоголика продолжает делать мысленную жвачку со вкусом дедлайна. В периоды сильной загрузки, когда люди работают по 12–14 часов в сутки, даже сон перестает быть полноценным. Человек ворочается, просыпается, прокручивает рабочие моменты. Организм понимает: это не настоящий отдых, а лишь короткая передышка перед новым рывком. И отказывается расслабляться», — комментирует терапевт.
Исследование второе: феномен досуговой болезни
Еще более интересный феномен описан под названием «досуговая болезнь». Исследования показывают: в начале отпуска, когда стресс резко падает, организм ведет себя не так, как следовало бы ожидать. Вместо радости и подъема сил многие люди сталкиваются с ухудшением самочувствия.
Статистика неумолима: на первой неделе отдыха люди простужаются на 13 процентов чаще, чем в обычное время. Они жалуются на усталость, головные боли, ломоту в теле, слабость. А пляжный отдых усугубляет ситуацию: тело тратит дополнительные ресурсы на охлаждение, борьбу с ультрафиолетом и обезвоживанием.
«Казалось бы, стресс ушел — организм должен радоваться. Но происходит обратный процесс. Хронически повышенный уровень кортизона подавлял иммунитет, маскировал симптомы усталости. Как только давление спадает, все накопленные проблемы вылезают наружу. Человек заболевает не потому, что в отпуске подхватил вирус, а потому что его иммунная система наконец позволила себе расслабиться и показать истинное состояние», — объясняет Александра Куденко.
/ Фото: REGIONS/Наталья Надточая
Что происходит с организмом на самом деле
Чтобы понять механизм, нужно представить себе натянутую резинку. Пока вы работаете на пределе, все системы мобилизованы, гормоны стресса поддерживают иллюзию бодрости. Как только вы уезжаете в отпуск и перестаете дергать себя за ниточки, резинка расслабляется — и оказывается, что она уже потеряла упругость.
Нервная система, которая месяцами работала в режиме повышенной готовности, не может мгновенно переключиться на отдых. Ей нужно время, чтобы сбавить обороты. А если вы еще и выбрали активный отпуск с перелетами, сменой часовых поясов и климата, нагрузка на организм только возрастает.
«В идеале отдых должен быть не резким контрастом, а плавным переходом. Но кто из нас может себе это позволить? Мы вырываемся в отпуск рывком, на две недели, и требуем от организма мгновенного счастья. А он не умеет так быстро перестраиваться», — добавляет врач.
Кто в группе риска
Особенно сильно досуговая болезнь проявляется у людей с определенным складом личности. Трудоголики, перфекционисты, ответственные работники, которые привыкли все держать под контролем, страдают чаще других. Их мозг просто не умеет выключаться, даже когда объективных причин для тревоги нет.
Также в зоне риска — люди, которые работают в условиях хронического стресса, с ненормированным графиком, высокой ответственностью и отсутствием поддержки. Чем дольше человек живет в таком режиме, тем сложнее ему потом восстанавливаться.
«Я часто вижу пациентов, которые приходят с жалобами на усталость, раздражительность, бессонницу. Спрашиваю: когда вы последний раз были в отпуске? Отвечают: два года назад. Или: был, но через неделю заболел и все две недели провалялся с температурой. Это классическая картина выгорания», — рассказывает Александра Куденко.
/ Фото: REGIONS/Наталья Надточая
Как правильно отдыхать, чтобы не болеть
Врачи и ученые сходятся в одном: ключ к здоровому отдыху — равномерность. Нельзя копить усталость месяцами, а потом надеяться, что две недели на море все исправят. Отдых должен быть встроен в жизнь, а не противопоставлен ей.
Что советует терапевт: — Не доводить себя до крайней степени истощения. Учиться замечать сигналы усталости и вовремя брать паузы. — Выходные использовать для реального восстановления, а не для переделывания домашних дел. — В отпуске первые два-три дня ничего не планировать. Дать организму время перестроиться. — Избегать резкой смены часовых поясов и климата, если чувствуете, что ресурсов мало. — Не требовать от себя идеального отдыха. Разрешить себе просто быть, а не развлекаться по полной программе.
Что делать прямо сейчас
Если вы узнали себя в описании, не ждите отпуска, чтобы начать заботиться о себе. Попробуйте внедрить маленькие ритуалы уже сегодня.
— Делайте перерывы в течение рабочего дня. Пять минут полного ничегонеделания каждые два часа. — Отключайте уведомления в мессенджерах после окончания рабочего дня. — Найдите занятие, которое переключает мозг: прогулка, спорт, хобби, не связанное с работой. — Практикуйте осознанность: учитесь замечать, когда мысли снова унеслись в рабочую руминацию, и мягко возвращайте себя в реальность.
Здоровый отдых — это навык. Ему можно научиться, даже если вы всю жизнь были трудоголиком. Главное — признать, что проблема существует, и начать действовать. Тогда и отпуск перестанет быть испытанием на прочность, и жизнь заиграет новыми красками.
:format(webp)/YXJ0aWNsZXMvaW1hZ2UvMjAyNi8yL3Nvc3Vsa2ktc2l0ZS13aWRlX2tWMktzUGIuanBn.webp)
:format(webp)/YXJ0aWNsZXMvaW1hZ2UvMjAyNi8yL21ldGVvemF2aXNpbXllLW1hZ25pdG55ZS1idXJpLXBvZ29kYS1zaXRlLXdpZGVfRkdpOVRmUi5qcGc.webp)
:format(webp)/YXJ0aWNsZXMvaW1hZ2UvMjAyNi8yL2thYmluZXQtcmVudGdlbmEtcmVudGdlbi1zaXRlLXdpZGUuanBn.webp)
:format(webp)/YXJ0aWNsZXMvaW1hZ2UvMjAyNi8yLzViMTNjN2Y3MDFiZjExZjFhZDY0ZGFiNjM3ZmJiMTE5LTEuanBn.webp)
:format(webp)/YXJ0aWNsZXMvaW1hZ2UvMjAyNi8yL3Bva3Vwa2EtbmVkdml6aGltb3N0aS1pcG90ZWthLW1vbG9kYWphLXNlbWphLXNpdGUtd2lkZV9UZE5NTERYLmpwZw.webp)
:format(webp)/YXJ0aWNsZXMvaW1hZ2UvMjAyNi8yLzI5OGEwOTQwLmpwZw.webp)
:format(webp)/YXJ0aWNsZXMvaW1hZ2UvMjAyNi8yL2l1YW5ibi5qcGc.webp)
:format(webp)/YXJ0aWNsZXMvaW1hZ2UvMjAyNi8yLzE2X0htZk5VTnUuanBn.webp)
:format(webp)/YXJ0aWNsZXMvaW1hZ2UvMjAyNi8yLzc0ZGVlZWQxMDc0NDExZjFhYzkzNjI1M2Q0MmRiNjkxLTEuanBn.webp)
:format(webp)/YXJ0aWNsZXMvaW1hZ2UvMjAyNi8yLzIwMjUxMDEyLTA5NDk1NS5qcGc.webp)
:format(webp)/YXJ0aWNsZXMvaW1hZ2UvMjAyNi8yLzIwMjUxMDIxLTEwNTA1MC5qcGc.webp)
:format(webp)/YXJ0aWNsZXMvaW1hZ2UvMjAyNi8yLzViOTgwZGM1MDY4ZTExZjFiZmMxZWVkZTBkZmY2Mzg4LTEuanBn.webp)
:format(webp)/YXJ0aWNsZXMvaW1hZ2UvMjAyNi8yLzNjNzkwMTdjMDY4ZTExZjE4ZmVkNWE0NGM4YzkyMjIzLTEuanBn.webp)
:format(webp)/YXJ0aWNsZXMvaW1hZ2UvMjAyNi8yL2ltYWdlX2tFSm9lVFYuanBlZw.webp)
:format(webp)/YXJ0aWNsZXMvaW1hZ2UvMjAyNi8yLzE3NjU4ODkyMjYwMTEtcGhvdG8tMTAtMjAyNS0xMi0xNS0xMS0wMC01NS5qcGc.webp)
:format(webp)/YXJ0aWNsZXMvaW1hZ2UvMjAyNi8yL29ydmktb3J6LXByb3N0dWRhLWxla2Fyc3R2YS10ZW1wZXJhdHVyYS1zaXRlLXdpZGVfbDJMSVhSNy5qcGc.webp)
:format(webp)/YXJ0aWNsZXMvaW1hZ2UvMjAyNi8yLzIwMjQtMTAtMDUtMTQtMTEtMjBfVU8zZWpXSi5qcGc.webp)
:format(webp)/YXJ0aWNsZXMvaW1hZ2UvMjAyNi8yLzIwMjUwNDE5LTIwMDA0OC5qcGc.webp)
:format(webp)/YXJ0aWNsZXMvaW1hZ2UvMjAyNi8yLzIwMjUwODE2LTE5MzM1NS5qcGc.webp)